Его рука (botter) wrote,
Его рука
botter

Categories:
  • Music:

Чеченская трагедия

6. Кто сорвал усилия по мирному урегулированию

Обвинения в адрес федеральных властей России, будто они не предпринимали попыток решить чеченский кризис мирными, политическими средствами, не имеют ничего общего с фактами.
Еще осенью 1991 года в Грозный приезжали Г. Бурбулис, Р. Хасбулатов и М. Полторанин, занимавшие тогда высокие официальные посты. Они пытались достичь договоренности с Дудаевым и другими местными политиками о путях мирного, демократического решения вопроса о власти в Чечне. Однако очень скоро им пришлось убедиться: Джохар Дудаев — крайне вздорный, неконструктивный и, самое главное, глубоко неискренний партнер по переговорам. Он с легкостью менял позиции и демонстративно не выполнял взятых на себя обязательств, не говоря уже об обещаниях. "С Дудаевым невозможно иметь дело", — жаловался Геннадий Бурбулис в начале 1992 года.
Простая статистика убеждает, кто на самом деле избегал диалога. С конца 1991-го по конец 1993 года российское правительство сделало Дудаеву 11 предложений о переговорах по урегулированию ситуации в Чечне и разграничению полномочий между федеральными властями и этой автономией.
Особенно следует выделить конец 1992 года — время ликвидации российскими войсками очага вооруженных столкновений между осетинскими и ингушскими боевиками, когда на границе с Чечней создалась взрывоопасная обстановка. 13 ноября 1992 года глава Временной администрации на территориях Северо-Осетинской ССР и Ингушской Республики Сергей Шахрай встретился с представителями ЧР Яраги Мамодаевым и Ибрагимом Сулейменовым и договорился о необходимости развода федеральных войск и чеченских вооруженных формирований на границе Ингушской Республики и Чеченской Республики. [64]
15 ноября 1992 года заместителем главы Временной администрации А. Котенковым и Я. Мамодаевым был подписан протокол об условиях и порядке разъединения войск. Однако в момент подписания протокола группа чеченских боевиков во главе с Дудаевым совершила нападение на российский пост недалеко от населенного пункта Слепцовская, поставив достигнутые договоренности на грань срыва. В результате сам Мамодаев открыто обвинил Дудаева в намеренном провоцировании вооруженного конфликта с Россией и саботаже переговоров. Однако к исходу 17 ноября отвод войск на установленные протоколом рубежи все-таки был достигнут и впоследствии не нарушался.
В январе 1993 года чеченский парламент согласился принять в Грозном для переговоров делегацию руководства России во главе с вице-премьером Сергеем Шахраем и председателем палаты национальностей Рамазаном Абдулатиповым (согласно Конституции ЧР, раздел 3, статья 62, именно к исключительному ведению парламента, а не президента ЧР, относится "определение внутренней и внешней политики ЧР").
Итогом состоявшегося раунда официальных переговоров с представителями чеченского парламента во главе с его председателем Хусейном Ахмадовым стало подписание протокола о подготовке договора между РФ и ЧР "О разграничении и взаимном делегировании полномочий".
В случае его осуществления этот протокол мог бы в дальнейшем открыть путь к полномасштабному договору по образцу известного соглашения между Российской Федерацией и Татарстаном. Для этого требовалось наличие у Дудаева и его окружения доброй воли и соблюдение ими минимальных демократических процедур.
Однако намечавшаяся разрядка всякий раз срывалась из-за жесткого противодействия чеченской стороны. За контакты с Правительством России премьер Чечни Мамодаев был обвинен в "предательстве", снят с должности и вынужден одно время искать убежища в Москве.
Переговоры и подписание протокола с Абдулатиповым и Шахраем, в свою очередь, стали предлогом, чтобы [65]
обвинить в предательстве все руководство чеченского парламента. По указанию Дудаева Сергей Шахрай, выходец из терских казаков — коренных жителей Северного Кавказа, и Рамазан Абдулатипов, известный на всем Кавказе политический деятель родом из соседнего с Чечней Дагестана, были подвергнуты во время их приезда в Грозный грубому обращению. Мало того, им угрожали оружием. Тем самым попирались не только общероссийская законность, но и характерные для кавказцев традиции гостеприимства, добрососедства.
Между тем сам Дудаев резко осудил эти переговоры и объявил, что "никакие политические договоренности с Россией невозможны". Из-за его противодействия намеченный на середину февраля 1993 года визит Ахмадова в Москву так и не состоялся.
Тем временем в Чечне резко обострилась внутриполитическая борьба между президентом, сделавшим ставку на изоляционизм и фанатичный национализм, и более прагматично настроенным парламентом. Причем одним из главных предметов этой борьбы как раз и стала позиция Чеченской Республики в отношении возможности переговоров с руководством Российской Федерации.
В то время как представители парламента выражали готовность участвовать в таких контактах без предварительных условий — консультации на уровне рабочих и экспертных групп происходили неоднократно, — Дудаев соглашался лишь на то, чтобы вести переговоры лично с Ельциным, и прежде всего — о признании Москвой "суверенной Чеченской Республики". Эту формулу содержит, в частности, его письмо к Президенту России, датированное 30 марта 1993 года.
Понятно, что для руководства РФ, Конституция которой не предусматривает выхода какого-либо субъекта из состава Федерации, подобное требование было неприемлемым.
Очередная попытка установить официальный контакт между Москвой и Грозным была предпринята в конце августа 1993 года, когда Москву посетил с частным визитом "министр иностранных дел" Чечни Шамсуддин Юсуф, конфиденциально сообщивший, что Дудаев [66] "выразил желание лично встретиться с Президентом Российской Федерации". Однако и это предложение Дудаева о встрече с Ельциным не содержало никакого намека на его отступление от курса на выход Чечни из состава РФ. Естественно, оно осталось без ответа.
Заключение российско-татарстанского договора породило новые надежды договориться с Дудаевым на условиях, приемлемых с точки зрения российской Конституции. Однако "первый заместитель министра ЧР" Султан Гелисханов заявил в марте 1994 года, что рос-сийско-татарстанский договор в Грозном может быть принят за основу лишь с принципиальной поправкой: о статусе российского субъекта Федерации для Чечни не может быть и речи, так как ЧР в отличие от Татарстана "полностью независимое государство, субъект международного права".
В этих условиях Государственная дума приняла в конце марта 1994 года постановление, адресованное Президенту и Правительству РФ, в котором рекомендуется, во-первых, провести консультации по вопросу о будущих переговорах со всеми политическими силами ЧР (а не только с Дудаевым), а во-вторых, настаивать на том, чтобы предварительным условием заключения предполагаемого российско-чеченского договора о разграничении полномочий стало проведение свободных выборов депутатов в республиканские органы власти и в Федеральное собрание Российской Федерации от Чеченской Республики.
Таким образом была бы решена проблема отсутствия в Чечне легитимного субъекта для ведения официальных переговоров и заключения договоров с федеральными властями. Эти условия приветствовались лидерами чеченской оппозиции, но оказались неприемлемыми для Г розного.
Опираясь на это решение Государственной думы, президент Ельцин издал 15 апреля 1994 года соответствующее распоряжение, поручив Правительству РФ "провести консультации с представителями органов государственной власти, а также всех политических партий и движений ЧР с целью выхода из сложившейся социа-[67]льно-политической ситуации и на их основе подготовить проект Договора о разграничении предметов ведения между федеральными органами власти и органами власти ЧР и взаимном делегировании полномочий".
Выполняя это распоряжение президента, Правительство РФ утвердило состав делегации для проведения консультаций во главе с министром по делам национальностей и региональной политике Сергеем Шахраем. Однако из-за абсолютной неконструктивности и непреклонности позиции Дудаева по ключевым вопросам очередной шанс на политическое разрешение кризисной ситуации был упущен.
Кроме того, к этому времени изменилась обстановка в самой Чечне. Режим Дудаева оказался под возрастающим огнем критики со стороны не только оппозиционеров, но и старейшин многих сельских районов Чечни, ранее сохранявших к нему лояльность.
Опираясь на эти настроения, Временный совет Чечни, образованный еще в декабре 1993 года и включивший в себя большинство оппозиционных Дудаеву партий и движений, объявил в мае 1994 года о том, что "берет на себя ответственность" за проведение переговоров с руководством Российской Федерации. По мнению председателя Временного совета, главы администрации Надтеречного района Чечни Умара Автурханова, вопрос о политическом статусе Чеченской Республики — то есть о ее вхождении или невхождении в состав РФ — должен решаться на всенародном референдуме. Условием же его проведения должно стать формирование конституционных органов власти путем свободных демократических выборов.
После некоторых колебаний руководство России сделало выбор в пользу фактической поддержки Временного совета как оппозиционного режиму Дудаева органа, открыто признавшего на контролируемых им территориях — прежде всего Надтеречного района — верховную юрисдикцию Российской Федерации.
К осени 1994 года в поддержку Временного совета стало высказываться все большее число чеченских политических деятелей и местных руководителей. Соот-[68]ветственно усилились и попытки Дудаева оказать на оппозицию, в том числе на сторонников ВС, всяческое давление.
Кроме того, с момента узурпации власти, в особенности в 1993-1994 годах, Дудаев неоднократно выступал с бездоказательными обвинениями и прямым шантажом по адресу Москвы. Он угрожал организовать террористические и диверсионные акты, устроить взрывы на атомных электростанциях и химических объектах, развернуть "священную исламскую войну". Дело дошло до оскорбительных выпадов лично в адрес президента и других официальных лиц.
Все это лишало Москву практической возможности начать переговорный процесс с силами, имеющими реальное влияние на территории Чеченской Республики.
Скажем, 12 августа 1992 года российское правительство сформировало специальную делегацию из представителей обеих палат Федерального собрания. Ей предлагалось скоординировать работу по урегулированию отношений с органами государственной власти Чечни. Однако и эту делегацию постигла неудача. Грозный не хотел идти на переговоры.
Но, несмотря ни на что, в Москве все еще надеялись на мирное, политическое решение чеченского кризиса. Об этом свидетельствует и такая малоизвестная, но красноречивая деталь: в течение длительного времени федеральные власти не препятствовали Дудаеву использовать российскую территорию для его зарубежных поездок, а также навещать родственников жены, проживающих под Москвой.
Гражданская война, фактически развязанная режимом Дудаева против оппозиции, к концу ноября резко обострила обстановку во всем Кавказском регионе.
29 ноября 1994 года президент Ельцин обратился к участникам вооруженного конфликта в Чечне с требованием в течение 48 часов прекратить огонь, сложить оружие, распустить все вооруженные формирования, освободить всех заключенных и насильно удерживаемых граждан. Если в течение установленного срока это требование не будет выполнено, заявил он, то "на [69] территории Чеченской Республики будут использованы все имеющиеся в распоряжении государства силы и средства для прекращения кровопролития, защиты жизни, прав и свобод граждан России, восстановления в Чеченской Республике конституционной законности, правопорядка и мира".
В то же время руководители субъектов РФ, расположенных по соседству с Чечней, включая Адыгею, Северную Осетию, Кабардино-Балкарию, Карачаево-Черкесию и Дагестан, обратились к российскому президенту как к гаранту Конституции с предложением "немедленно эстановить кровавый конфликт в Чечне и принять все меры для наведения конституционного порядка".
Но даже по истечении срока ультиматума премьер-министр Виктор Черномырдин заявил: Москва все еще -отова к переговорам с представителями Дудаева. Лидеры антидудаевской оппозиции Умар Автурханов, Са-памбек Хаджиев и Беслан Гантемиров согласились эазоружиться при условии аналогичных действий противной стороны. Оппозиция на деле приступила к сдаче гяжелого вооружения. Чтобы поощрить этот процесс, резидент Ельцин издал 1 декабря 1994 года указ, гаран-'ирующий освобождение от уголовной ответственности 1ицам, не причастным к тяжким преступлениям и добровольно сдавшим оружие до 15 декабря.
Тем не менее кризис нарастал. Счет пошел на дни. $ декабря решением российского правительства была юздана полномочная рабочая комиссия, чтобы провести юреговоры с противоборствующими в Чеченской Рес-1ублике силами. Ее руководителем был назначен замес-итель министра по делам национальностей и регионарной политики Вячеслав Михайлов.
С 11 по 14 ноября во Владикавказе прошли перего-юры рабочих групп правительств РФ и Чеченской Рес-|ублики по нормализации обстановки. Чеченская пгорона, как сообщил Михайлов, отклонила два принципиальных положения, которые позволили бы мирны-1и средствами разрешить кризисную ситуацию. А 1менно: разоружение населения и незаконных фор-шрований, а также создание механизма такого [70] разоружения наряду с отводом подразделений российских вооруженных сил.
Делегация, представляющая Дудаева, продолжала выдвигать ультимативное требование — признать Чечню в качестве независимого государства. То есть или все, или ничего. В результате 14 декабря переговоры были приостановлены.
В день, когда истекал срок, предусмотренный указом "О некоторых мерах по укреплению правопорядка на Северном Кавказе", Борис Ельцин заявил в обращении к жителям Чечни: если Дудаев согласится возглавить чеченскую делегацию, он, президент, направит "полномочную делегацию России высокого уровня".
Грозному давали шанс за шансом. Лучшим выходом в сложившейся обстановке было бы прекратить огонь и сесть за стол переговоров без каких-либо предварительных условий. Грозный хранил рыбью немоту. Российский президент еще раз продлил срок добровольного сложения оружия. Тем временем Государственная дума 13 декабря 1994 года объявила амнистию в отношении "лиц, участвовавших в противоправных деяниях, связанных с вооруженными конфликтами на Северном Кавказе".
Москва в эти дни была готова направить на переговоры с Дудаевым, как минимум, вице-премьера Правительства России Николая Егорова, а как максимум — премьер-министра Виктора Черномырдина, который неоднократно заявлял о своей готовности лично вступить в диалог с Дудаевым.
И снова шанс, предоставленный Грозному, не был использован. Дудаев, изображая из себя президента независимого государства, то требовал личной встречи с Ельциным, то обрушивался на него и других российских руководителей с грубыми нападками. Эти политические зигзаги Дудаева были лишь прикрытием для наращивания вооруженности незаконных формирований, оборудования баз боевиков, запугивания населения и обработки общественного мнения.
Резкое обострение кризиса в республике, явная угроза конституционной целостности страны, обеспечению прав и безопасности граждан, усиление вооруженного проти-[71]востояния различных группировок на территории Чечни заставили федеральный центр сделать трудный выбор. Выполняя свой конституционный долг, федеральные власти применили силу для прекращения деятельности незаконных вооруженных формирований в Чеченской Республике.
Но и в этой обстановке руководитель правительственной рабочей группы Вячеслав Михайлов заявил 20 декабря: "Возможность переговоров с Дудаевым еще остается, однако база для них значительно сузилась, и сегодня речь может идти только о добровольной сдаче оружия".
Но на сдачу оружия и роспуск вооруженных формирований Дудаев и непримиримая часть его окружения не пошли. Они стали заложниками собственной истерии воинствующего сепаратизма.
Так были сорваны попытки мирного урегулирования чеченского кризиса. Как отметил в своем послании Федеральному собранию Борис Ельцин, руководство России исчерпало все иные средства воздействия на крайне опасную ситуацию в Чеченской Республике и было вынуждено применить вооруженную силу. [72]
Tags: Чеченская трагедия
Subscribe

  • Колонна 81 мсп

    Из описания боя: "Сводный отряд 81-го мсп, сформированный из подразделений, оставшихся за пределами "вокзального" кольца, сумел закрепиться на…

  • [2008-07-08] Действия 74 гв. омсбр

    Выношу тему о 74 гв. омсбр из комментариев. Капитан из 2 мсб 74 гв. омсбр Вячеслав Николаевич Лазарев: "Новый год. Накрыли столы, ёлки с собой…

  • Наконец-то побритый генерал

    Ознакомился с третьей частью трилогии Трошева (Трошев Г. Чеченский излом. M., 2008.). Прощу прощения у моих френдов, за скромность в речевых…

  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your reply will be screened

  • 2 comments